Омар Хайям

Рубаи

Часть 1

Выдающийся персидский астроном, математик, физик и философ, Омар Хайям - автор знаменитых рубаи, прославляющих мудрость, любовь, красоту. О жизни Хайяма известно очень мало, исследователи и биографы до сих пор спорят о том, когда он родился, о количестве рубаи, написанных им, и об их смысле.

Вот некоторые из них...

"Ад и рай - в небесах", - утверждают ханжи.
Я, в себя заглянув, убедился во лжи:
Ад и рай - не круги во дворце мирозданья,
Ад и рай - это две половины души.

Алхимию вина не презирай! Какой
Душе истерзанной не даст она покой?
Ты выпил мэн один, - и тысячу болезней,
Что мучили тебя, вдруг сняло как рукой.

Алый лал наливай в пиалу из ковша,
Пиала - это тело, а влага - душа.
Улыбается весело полная чаша,
Слезы сердца осушишь, ее осуша.

Ах, сколько раз, вставая ото сна,
Я обещал, что впредь не буду пить вина,
Но нынче, Господи, я не даю зарока:
Могу ли я не пить, когда пришла весна?

Бегут за мигом миг и за весной весна;
Не проводи же их без песен и вина.
Ведь в царстве бытия нет блага выше жизни, -
Как проведешь ее, так и пройдет она.

Без вина я по жизни брести не могу,
Тяжесть трезвого тела нести не могу,
Жду, когда виночерпий напьется и скажет:
"Наливай себе сам - я, прости, не могу..."

Без меня собираясь в застолье хмельном,
Продолжайте блистать красотой и умом.
Когда чаши наполнит вином виночерпий -
Помяните ушедшего чистым вином!

Беспощадна судьба, наши планы круша.
Час настанет - и тело покинет душа.
Не спеши, посиди на траве, под которой
Скоро будешь лежать, никуда не спеша.

Благоговейно чтят везде стихи Корана,
Но как читают их? Не часто и не рьяно.
Тебя ж, сверкающий вдоль края кубка стих,
Читают вечером, и днем, и утром рано.

Благородство и подлость, отвага и страх -
Все с рожденья заложено в наших телах.
Мы до смерти не станем ни лучше, ни хуже -
Мы такие, какими нас создал Аллах!

Блажен, кто на ковре сверкающего луга,
Пред кознями небес не ведая испуга,
Потягивает сок благословенных лоз
И гладит бережно душистый локон друга.

Блуднице шейх сказал: "Ты, что ни день, пьяна,
И, что ни час, то в сеть другим завлечена!"
Ему на то: "Ты прав, но ты-то сам таков ли,
Каким всем кажешься?" - ответила она.

Богатством, - слова нет, - не заменить ума,
Но неимущему и рай земной - тюрьма.
Фиалка нищая склоняет лик, а роза
Смеется: золотом полна ее сума.

Боже, скуку смертельную нашу прости,
Эту муку похмельную нашу прости,
Эти ноги, бредущие к харабату.
Эту руку, обнявшую чашу, прости!

Бокала полного веселый вид мне люб,
Звук арф, что жалобно при том звенит, мне люб.
Ханжа, которому чужда отрада хмеля, -
Когда он за сто верст, горами скрыт, - мне люб.

Бренность мира узрев, горевать погоди!
Верь: недаром колотится сердце в груди.
Не горюй о минувшем: что было - то сплыло.
Не горюй о грядущем: туман впереди...

Бросил пить я. Тоска мою душу сосет.
Всяк дает мне советы, лекарства несет,
Ни одно облегчения мне не приносит -
Только полная чарка Хайяма спасет!

"Брось вино! Попадешь, - мне пророчат, - в беду:
В день Суда испекут тебя черти в аду!"
Это так. Но не лучше ли вечного рая
Миг божественной истины в пьяном бреду?

Брось молиться, неси нам вина, богомол,
Разобьем свою добрую славу об пол.
Все равно ты судьбу за подол не ухватишь -
Ухвати хоть красавицу за подол!

Буду пьянствовать я до конца своих дней,
Чтоб разило вином из могилы моей.
Чтобы пьяный, пришедший ко мне на могилу,
Стал от винного запаха вдвое пьяней!

Будь Аристотеля, Джемхура будь мудрей,
Будь богдыхана ты иль кесаря сильней,
Пей все равно вино. Конец один - могила, -
Ведь даже царь Бехрам почил навеки в ней.

Будь все добро мое кирпич один, в кружало
Его бы я отнес в обмен на полбокала.
Как завтра проживу? Продам чалму и плащ.
Ведь не святая же Мария их соткала.

Будь глух к ученому о Боге суесловью,
Целуй кумир, к его прильнувши изголовью.
Покуда кровь твою не пролил злобный рок,
Свой кубок наполняй бесценных гроздий кровью.

Будь милосердна, жизнь, мой виночерпий злой!
Мне лжи, бездушия и подлости отстой
Довольно подливать! Поистине, из кубка
Готов я выплеснуть напиток горький твой.

Будь, как ринд, завсегдатаем всех кабаков,
Вечно пьяным, свободным от всяких оков,
Хоть разбойником будь на проезжей дороге:
Грабь богатых, добром одаряй бедняков!

Был бы я благочестьем прославиться рад,
Был бы рад за грехи не отправиться в ад,
Но божественный сок твоих лоз, виноград,
Для души моей - лучшая из наград!

Был ли в самом начале у мира исток?
Вот загадка, которую задал нам Бог.
Мудрецы толковали о ней, как хотели, -
Ни один разгадать ее толком не смог.

Были б добрые в силе, а злые слабы -
Мы б от тяжких раздумий не хмурили лбы!
Если б в мире законом была справедливость -
Не роптали бы мы на превратность судьбы.

В Книге Судеб ни слова нельзя изменить.
Тех, кто вечно страдает, нельзя извинить.
Можешь пить свою желчь до скончания жизни:
Жизнь нельзя сократить и нельзя удлинить.

В божий храм не пускайте меня на порог.
Я - безбожник. Таким сотворил меня бег.
Я подобен блуднице, чья вера - порок,
Рады б грешники в рай - да не знают дорог.

В бокалы влей вина и песню затяни нам,
Свой голос примешав к страданьям соловьиным!
Без песни пить нельзя, - ведь иначе вино
Нам разливалось бы без бульканья кувшином.

В день, когда оседлали небес скакуна,
Когда дали созвездиям их имена,
Когда все наши судьбы вписали в скрижали -
Мы покорными стали. Не наша вина.

В детстве ходим за истиной к учителям,
После - ходят за истиной к нашим дверям.
Где же истина? Мы появились из капли,
Станем - ветром, Вот смысл этой сказки, Хайям!

В жизни сей опьянение лучше всего,
Нежной гурии пение лучше всего,
Вольной мысли кипение лучше всего,
Всех запретов забвение лучше всего.

В жизни трезвым я не был, и к Богу на суд
В Судный день меня пьяного принесут!
До зари я лобзаю заздравную чашу,
Обнимаю за шею любезный сосуд.

В колыбели - младенец, покойник - в гробу:
Вот и все, что известно про нашу судьбу.
Выпей чашу до дна - и не спрашивай много:
Господин не откроет секрета рабу.

В мире временном, сущность которого - тлен,
Не сдавайся вещам несущественным в плен,
Сущим в мире считай только дух вездесущий,
Чуждый всяких вещественных перемен.

В молитве и посте я, мнилось мне, нашел
Путь к избавлению от всех грехов и зол;
Но как-то невзначай забыл про омовенье,
Глоток вина хлебнул, - и прахом пост пошел.

В одной руке цветы, в другой - бокал бессменный,
Пируй с возлюбленной, забыв о всей вселенной,
Покуда смерти смерч вдруг не сорвет с тебя,
Как с розы лепестки, сорочку жизни бренной.

В окруженье друзей, на веселом пиру
Буду пить эту влагу, пока не умру!
Буду пить из прекрасных гончарных изделий,
До того как сырьем послужить гончару.

В поднебесье светил ослепительных тьма,
Помыкая тобою, блуждает сама.
О, мудрец! Заблуждаясь, в сомненьях теряясь,
Не теряй путеводную нитку ума!

В прах судьбою растертые видятся мне,
Под землей распростертые видятся мне,
Сколько я ни вперяюсь во мрак запредельный:
Только мертвые, мертвые видятся мне...

В сад тенистый с тобой удалившись вдвоем,
Мы вина в пиалу, помолившись, нальем.
Скольких любящих, Боже, в безумье своем
Превратил ты в сосуд, из которого пьем!

В тот час, как свой наряд фиалка расцветит
И ветер утренний в весенний сад влетит,
Блажен, кто сядет пить вдвоем с сереброгрудой
И разобьет потом бокал о камень плит.

В этой тленной Вселенной в положенный срок
Превращаются в прах человек и цветок.
Кабы прах испарялся у нас из-под ног -
С неба лился б на землю кровавый поток!

В этом замкнутом круге - крути не крути -
Не удастся конца и начала найти.
Наша роль в этом мире - прийти и уйти.
Кто нам скажет о цели, о смысле пути?

В этом мире глупцов, подлецов, торгашей
Уши, мудрый, заткни, рот надежно зашей,
Веки плотно зажмурь - хоть немного подумай
О сохранности глаз, языка и ушей!

В этом мире на каждом шагу - западня,
Я по собственной воле не прожил и дня.
Без меня в небесах принимают решенья,
А потом бунтарем называют меня!

В этом мире не вырастет правды побег.
Справедливость не правила миром вовек.
Не считай, что изменишь течение жизни.
За подрубленный сук не держись, человек!

В этом мире неверном не будь дураком:
Полагаться не вздумай на тех, кто кругом,
Трезвый оком взгляни на ближайшего друга -
Друг, возможно, окажется злейшим врагом.

В этом мире ты мудрым слывешь? Ну и что?
Всем пример и совет подаешь? Ну и что?
До ста лет ты намерен прожить? Допускаю,
Может быть, до двухсот проживешь. Ну и что?

Венец с главы царя, корону богдыханов
И самый дорогой из пресвятых тюрбанов
За песнь отдал бы я, на кубок же вина
Я б четки променял, сию орду обманов.

Вереницею дни-скороходы идут,
Друг за другом закаты, восходы идут.
Виночерпий! Не надо скорбеть о минувшем.
Дай скорее вина, ибо годы идут.

Веселись! Ибо нас не спросили вчера.
Эту кашу без нас заварили вчера.
Мы не сами грешили и пили вчера -
Все за нас в небесах предрешили вчера.

Веселись! Невеселые сходят с ума.
Светит вечными звездами вечная тьма.
Как привыкнуть к тому, что из мыслящей плоти
Кирпичи изготовят и сложат дома?

Веселясь беззаботно, греша без конца,
Не теряю надежды на милость творца.
Снова, пьяный мертвецки, лежу под забором.
Лягу в землю - создатель простит мертвеца!

Весь Коран, к сожаленью, не каждый прочтет,
Лишь томимый духовною жаждой прочтет,
А пресветлый аят, опоясавший чашу,
Каждый пьющий не раз и не дважды прочтет!

Видит Бог: не пропившись, я пить перестал,
Не с ханжой согласившись, я пить перестал.
Пил - утешить хотел безутешную душу.
Всей душою влюбившись, я пить перестал.

Видишь этого мальчика, старый мудрец?
Он песком забавляется - строит дворец.
Дай совет ему: "Будь осторожен, юнец,
С прахом мудрых голов и влюбленных сердец!"

Вижу смутную землю - обитель скорбей,
Вижу смертных, спешащих к могиле своей,
Вижу славных царей, луноликих красавиц,
Отблиставших и ставших добычей червей.

Вижу: птица сидит на стене городской,
Держит череп в когтях, повторяет с тоской:
"Шах великий! Где войск твоих трубные клики?
Где твоих барабанов торжественный бой?"

Вина глоток один венца Китая стоит,
А целый кубок ста обетов рая стоит.
Ах, перед горечью пленительной вина
Что сладость вся твоя, о жизнь земная, стоит?

Вино питает мощь равно души и плоти,
К сокрытым тайнам ключ вы только в нем найдете.
Земной и горний мир, до вас мне дела нет!
Вы оба пред вином ничто, в конечном счете.

Виночерпий! Прекрасней Иосифа ты.
Умереть за тебя - нет прекрасней мечты,
Свет очей моих - прах твоих ног, виночерпий!
Ты - бессмертное солнце среди темноты.

Виночерпий! Расплавленный лал принеси.
Луноликая! В кубок уста погрузи.
Ибо жаркие губы любимой и кубок
С этой огненной влагою - в кровной связи.