зарубежная классика

Обзор книги Вергилия «Энеида»

Среди теней умерших от любовных ран, Эней замечает образ царицы Дидоны
Среди теней умерших от любовных ран, Эней замечает образ царицы Дидоны

Самая большая поэма Вергилия имеет совершенно уникальную, ни с чем не сравнимую репутацию и историческую судьбу. И в Древнем Риме и во все последующие века она прочно и, несомненно, относилась к величайшим и великолепнейшим творениям мировой художественной литературы. И в то же время никогда не было недостатка в ожесточенной ее критике, порицаниях, в осмеивании. К «Энеиде» прочно приклеилось определение «искусственное». И тем не менее есть что-то такое в главном произведении Вергилия, что позволяет ему проходить через века, тысячелетия, страны, империи и континенты.

Прежде всего, следует, конечно, подчеркнуть преемственную связь с поэмами Гомера. Энциклопедически образованный римлянин Вергилий хорошо понимал влияние гомеровских стихов на художественную традицию античного мира. Конечно, античная греческая культура — это культура Гомера. Гомеровские сюжеты, образы, легендарная история, переходящая в реальную, — все это наполняло умственный мир образованных греков; но и необразованным, простым грекам были не чужды главные художественные ценности, в основании которых лежат «Илиада» и «Одиссея».

И мысль — создать на римской почве нечто подобное гомеровскому эпосу — конечно же, должна была естественно возникнуть в интеллектуальной литературной среде Вечного Города. «Сверхзадача» «Энеиды» — воспеть Римскую державу, показать божественное происхождение ее виднейших и благороднейших основателей, сравняться по глубине и древности культуры с Элладой. Вполне естественно, что эту труднейшую миссию взял на себя такой поэт, как Вергилий. Судьба обеспечила ему изначально высочайшее положение в высшем обществе Рима. Дружба и покровительство императора Августа благоприятствовали исполнению гигантского замысла. И все-таки поэма не была окончена; замысел оказался непостижимо огромным. Как сказал современник Вергилия поэт Проперций:

«Прочь тут, римские все вы писатели, прочь вы и греки:

Большее нечто растет и «Илиады» самой».

Скажем прямо, до поэм Гомера «Энеиде» «не дотянуться». Греческий эпос слепого старца вообще, наверное, имеет характер абсолюта, то есть недосягаемого по высоте, как Шекспир в пьесах, Чайковский в музыке. В веках совершенно справедливо отмечалась некоторая «искусственность» «Энеиды», неучастие в ней народного начала — самого живительного источника высших достижений в искусстве. За эту «искусственность» поэма Вергилия набрала рекордное число пародий, переделок, имитаций, насмешек. Некоторые основания для этого имеются. Но одновременно «Энеида» включает в себя огромное эстетическое богатство, и это обеспечило постоянный интерес к ней последующих поколений. Прежде всего язык — виртуозность владения классическим латинским Вергилия может оценить только глубокий специалист-латинист. Но мир признал эти его заслуги давно и навсегда. Разнообразие жанров — эпос, лирика, ода, риторика, идиллия — выдает в Вергилий высокопрофессионального поэта. Описание ландшафтов, описание битв — всего этого в избытке в «Энеиде». Как эпос римского народа поэма, несомненно, состоялась, несмотря на ее незавершенность.

По этому произведению ученики школ осваивали классический латинский язык; художники, музыканты, писатели черпали бесчисленные сюжеты вплоть до сегодняшнего времени. Слава Вергилия у современников была беспредельной, и кажется, даже мешала Августу. В новую эру Вергилий, как бы за полвека предсказавший пришествие в мир Спасителя, стал самой почитаемой и уважаемой личностью (из язычников) в формирующейся христианской идеологии. Недаром водителем по загробному миру в «Божественной комедии» Данте избрал автора «Энеиды». И какое почтение постоянно выказывает Данте своему провожатому.

«Энеида» составлена из двух больших частей: первые шесть её песней повествуют о приключениях Энея на пути от Трои до Италии, а следующие шесть – о войнах троянских пришельцев с итальянскими племенами. Первая половина «Энеиды» как бы соответствует гомеровской «Одиссее», а вторая – «Илиаде»

Песнь первая посвящена Юноне, которая преследует Энея, и Венере, которая покровительствует герою в его тяжелом морском путешествии в Карфаген. Эней является перед Дидоной — царицей Карфагена.

Песнь вторая — Эней на пиру у Дидоны, и его повествование о гибели Трои. Здесь большое количество эпизодов, связанных с последним штурмом Трои, уничтожением города и бегством Энея со спутниками из горящего города.

Песнь третья — Эней странствует по островной Греции, но нигде не может найти пристанища.

Песнь четвертая — трагическая любовь Дидоны и Энея, заканчивающаяся отплытием Энея и смертью Дидоны.

Песнь пятая — Эней в Сицилии, он основывает здесь город Сегесту, направляется в Италию.

Песнь шестая — Эней прибывает в Италию, и, чтобы узнать свое будущее, должен спуститься в подземный мир. Вот почему так детально знает Вергилий «топографию» загробного мира», где мучаются грешники и блаженствуют праведники. Отец Энея Анхиз предрекает великое и славное будущее его потомкам в Италии.

Содержание второй части поэмы вкратце выглядит так.

Эней вступил в италийскую область Лациум, но из-за козней богини Юноны происходит ссора главного героя с жителями этой области. Начинаются войны. Подробно изображаются битвы, в частности, борьба Энея с вождем рутулов Турном. В финале побеждает, конечно же, Эней.

Смерть Вергилия помешала перебросить совсем небольшой мостик от изложенного в «Энеиде» к легендарному началу Рима (братья Ромул и Рем и т. п).

«Тот я, который на нежной ладил свирели

Песнь, побудив соседние нивы.

Да селянину они подчиняются жадному.

(Труд земледелам любезный).

А ныне ужасную Марса брань и героя пою,

С побережия Трои кто первый —

Роком ведомый беглец — к берегам Лавинийским причалил.

Долго его по морям и неведомым землям бросала

Воля богов, гнев злопамятный лютой Юноны.

Долго и войны он вел, прежде чем город построил

И в Лаций богов перенес…»

(Перевод В. Брюсова, С. Ошерова)